Культура вещи и культура материала

С приходом Владимира Татлина на деревообрабатывающий факультет (1928) возник новый предмет — «Культура материала». В его лаборатории по изучению эстетических свойств материалов студенты выполняли отвлеченные композиции-скульптуры (сегодня мы бы назвали их «ассамбляжи» или «инсталляции», т.е. сложносоставные комбинации из фрагментов и обрезков разных материалов и частей предметов) из сочетаний стекла, дерева, металла, проволоки и т.д. Вторая часть упражнений — проектирование вещей с учетом эстетического сопоставления фактур. «При создании вещи художник вооружается палитрой различных материалов, которыми действует, основываясь на их свойствах. Здесь учитывается цвет, фактура, плотность, эластичность, вес, прочность»2, — комментировал Татлин в 1929 г. проекты своих студентов. Базой для этих упражнений послужили «контррельефы» самого Татлина, выполненные им еще в 1915 г., выразительность которых определялась контрастными соотношениями фактур, цвета и форм реальных материалов.


В мастерской Татлина во ВХУТЕИНе были созданы и знаменитый рессорный стул (рис. 41), и сани из гнутого дерева, наподобие построенного Татлиным чуть позже Летатлина — мускулолета, напоминавшего по форме чайку. Упругость конструкции, ее податливость, гибкость, «рессорность» Татлин считал необходимым свойством вещей, вступающих в контакт с телом человека.


В те же годы меняются учебные программы метфака. Выдвигается новое требование — комплексность проектирования. Речь идет уже о разработке на старших курсах не отдельных вещей, а комплекса предметов оборудования, например для фотомагазина, музея, зоосада, остановки транспорта. Возникает новое понятие — «культура вещи». Одно из первых заданий по проектированию — «Подбор готовых вещей». «Для ознакомления с самой жизнью, с промышленностью, выпускающей металлические вещи, а также с запросами потребителя, дается первое задание — составить подбор вещей для оборудования, например, канцелярии из уже существующих в магазинах Москвы вещей, представив их в зарисовках и общем виде канцелярии.


Через такой подбор студент знакомится с сегодняшними вещами рынка, критически их разбирает и показывает свой принципиальный взгляд на культуру вещи»1.


Иными словами, речь шла о проектировании по каталогу, т.е. об умении компоновать веши в пространстве и подбирать их по стилю, цвету, назначению. Родченко придумал и инструмент исследования вещей — «Техническое рисование». Такие дисциплины существовали и раньше. В программах Строгановского училища встречались задания по рисованию машин и станков. В курсе Родченко рисунок становится одним из этапов проектирования.


«Техническое рисование мною ведется... как подсобный предмет при проектировании вещей. Зачастую студент не может использовать ряд современных конструкций вещей, которые он видел, — он не разглядел принципов их устройства. Механизм современной веши должен знать не только студент, но должен был бы знать и всякий человек, оканчивающий школу первой ступени»2.



Рис. 41


Н. Рогожин. Рессорный стул. Руководитель В. Татлин. 1929


С этой целью студенты сначала зарисовывали предметы с открытым устройством — перочинный нож, стул, затем — предметы с наполовину скрытым или совсем скрытым устройством — письменный стол, самопишущая ручка, электрическая печь. Последнее упражнение — перенести принцип устройства существующих вещей на веши воображаемые, еще не спроектированные.


По логике построения новой учебной программы по проектированию, или «Материальному оформлению вещи», как назвал ее Родченко, после знакомства с рынком вещей студент переходил к заданиям: «Упростить уже существующую вещь», затем «Усложнить уже существующую вещь», «Новый тип существующей вещи» и, наконец, «Новая вещь». Упрощая вещь, студент снимал с нее декоративное оформление и решал ее форму более четко геометрически. Затем, усложняя вещь, он расширял ее функциональный диапазон (например, придавал большую подвижность плафону электрической лампы). Под «новым типом существующей вещи» имелось в виду применение какого-либо нового технологического процесса при производстве вещи, которое коренным образом изменило бы ее форму. Новая вещь — это уже проектирование без прототипа, опираясь лишь на функциональные, потребительские и производственные факторы.


Заключительные задания состояли из разработки комплекта вещей (например, светильников) и оборудования. В качестве примерных тем по разработке оборудования предлагались: общежитие, кинотеатр, улица, библиотека, столовая, парк культуры. Здесь уже возникали вопросы создания ансамбля, поиска средств достижения стилевого единства вещей, общности их цветовой гаммы, способа отделки и т.д.


В 1928 г. эта программа начала внедряться. Известна серия напольных светильников А. Дамского, которую можно считать ответом на задание «Комплект вещей». Разнообразие однотипным подставкам и плафонам придают различные конструкции меняющихся по высоте стоек и цвета деталей. Второй проект — построенный в мастерских института глиссер ДМ-1 с толкающим воздушным винтом — можно отнести к заданию «Оборудование». В проекте В. Мещерина нашлось место и конструкции судна, и разработке кресел, и приборной доски вместе с рулем, а также суперграфике. Глиссер был перевезен на Москву-реку. На нем студенты ВХУТЕИНа совершали экскурсии. Позже он использовался на пассажирских линиях.


История ВХУТЕМАСа-ВХУТЕИНа — это история борьбы за новую профессию дизайнера, история сложения основ этой профессии.


В 1927—1929 гг. защитили дипломы две группы студентов метфака и три — дерфака. Все они получили звание «инженер-художник». Темы были всесторонне продуманы и обоснованы (с социальной, конструктивной, экономической стороны). Например, проект санного поезда по бездорожью 3. Быкова включал планшеты с чертежами и общим видом тягача и прицепных платформ. Из стандартных деталей, также представленных в чертежах, собирались различные типы платформ — грузовые, пассажирские, санитарные и жилые. Кроме того, был сделан проект тягача с шнековым движителем.


Каждый диплом представлял собой своего рода набор конструктивов, будь то универсальное выставочное оборудование А. Галактионо-ва или унифицированные панели и мебель для междугородних автобусных станций И. Морозова. Дипломники демонстрировали свое понимание нового, современного мира техники. Статьи, посвященные их проектам, назывались: «От ризы — к автомобилю», «Конструктора внутреннего оборудования», «На путях к стандарту». Стандартизация была одной из актуальных задач промышленности, и дизайнеры видели возможности своего участия в создании удобно и рационально спроектированных вещей.


В 1930 г. ВХУТЕИН был расформирован, факультеты распределены по отдельным ведомствам и институтам. Архфак и архитектурно-строительный факультет МВТУ были реорганизованы в Высшее архитектурно-строительное училище (с 1933 г. — Архитектурный институт); живфак и скульптфак перевели в Ленинград, и они вошли в состав Академии художеств; полиграффак и текстфак перешли соответственно в Полиграфический и Текстильный институты; керфак был преобразован в художественный факультет Института силикатов. Студентов младших курсов метфака ВХУТЕИНа перевели в МВТУ, а студентов дерфака — в Лесотехнический институт, где готовили уже только инженеров. Лисицкий с грустью вспоминал однажды, что его талантливый студент, проектировщик мебели, стал директором лесопильного завода.


I I

Читать далее: 1 2 3



реклама