Модерн и функционализм. Создание «Веркбунда»

Петер Беренс, разносторонний художник, архитектор и дизайнер, начинал свою творческую карьеру как живописец, в 1897 г. был одним из основателей Объединенных мастерских художников в Мюнхене. В 1903—1907 гг. он стал директором Школы прикладного искусства в Дюссельдорфе, а в 1905—1906 гг. был художественным директором «AEG» (см. ч. I, гл. 1).


Творчество Беренса одновременно лежит в русле стиля модерн и выходит за его пределы в следующую эпоху — в эпоху функционализма и геометризации форм. Беренс курировал все заводские постройки компании «AEG», включая знаменитый Турбинный завод, выстроенный по его проекту и считающийся убедительным примером нового фабричного здания, в котором обширные стеклянные плоскости сочетаются с монументальными элементами из бетона и железа. Он создал целостный стиль компании — от зданий до канцелярских принадлежностей, шрифта и логотипа, сохранявшегося и в 1920-е гг., проектировал плакаты и каталоги продукции, интерьеры и электробытовые приборы: часы, вентиляторы, посуду. Его восьмигранный электрический чайник со сферическим завершением напоминает своими классическими пропорциями купол флорентийского собора Браманте. У него учился размаху, ответственности и чувству современности будущий создатель «Баухауза» Вальтер Гропиус.


В начале Х\в. Глазго был одним из центров судостроения в Европе. Школа искусств обеспечивала судоверфи кадрами художников. Работы хватало на всех уровнях — от проектирования интерьеров кают и мебели до разработки дверных ручек, крючков, занавесок и посуды. Часть проектов использовали и для оборудования вагонов, вокзалов, гостиниц, пансионатов. На верфях Глазго строились и огромный лайнер «Куин Мэри», и яхта Николая II. Студенты Школы искусств подрабатывали в качестве оформителей, чертежников, проектировщиков. Одним из выпускников школы был Чарлз Ренни Макинтош, также начинавший работать помощником архитектора, занимавшегося дизайном судового оборудования.


В 1896 г. в проекте перестройки здания школы он применил оригинальные конструктивные идеи из судостроения: металлическая каркасная конструкция, подвесные потолки, системы воздушного


отопления и единого времени (все часы управляются центральным механизмом). Библиотека напоминает кают-компанию, остекленный верхний этаж — палубу корабля, с которой открывается вид на город.


От тягучих мотивов модерна Макинтош приходит к элементарным геометрическим формам. Особого внимания заслуживает спроектированная им мебель: образ ее создается преимущественно за счет линейных ритмов — как чисто геометрических, так и искривленных, женственно-экспрессивных, поверхности лишены де-корировки. Во многих его стульях спинки становятся доминантой композиции за счет высоты или детальной проработки. Таков и знаменитый стул-«камердинер», спроектированный для особняка Хилл-хаус. Тонированная в темный цвет мебель по своей структуре стала предтечей многих функциональных и конструктивных тенденций начала XX в.


Отдельную группу составляет «белая мебель», которую Макинтош делал для собственного жилища. В ней присутствует утонченность и сложность, скрытый символизм.


Немецкий архитектор Герман Мутезиус, торговый атташе в Лондоне, стал своеобразным «дипломатом от дизайна». Особенно его интересовали работы Макинтоша.


Позже, в 1907 г., именно в его доме в Мюнхене состоялось знаменательное собрание, в результате которого и был создан немецкий «Веркбунд» (Рабочий союз). В это объединение вошли не только художники и архитекторы, но и промышленники, ученые, педагоги, журналисты. Цель объединения: «облагородить промышленность через искусство». Идея Мутезиуса (а он был одним из руководителей «Веркбунда») — эстетическое качество как основа для экономического процветания и культурной модернизации.


Среди организаторов «Веркбунда» — ведущие дизайнеры модерна, работавшие в Германии: ван де Вельде, Гропиус, Мутезиус, Римерш-мидт. Все значительные творческие работы публиковались в ежегодниках Союза. Из наиболее интересных проектов следует отметить столовые приборы и обстановку универсальной комнаты для среднего класса Ричарда Римершмидта (1907), за свою скромность и рациональность получившую название «машинная мебель», станции и интерьер вагона берлинской надземки Альфреда Гренадера (1914), спальное купе вагона Метропа Гропиуса, где автор изобретательно и экономно использует ограниченное пространство.


В 1914 г. в Кельне состоялась выставка «Веркбунда», для которой Бруно Таут спроектировал круглый павильон из стекла с куполом, составленном из витражей-ромбов. Гропиус представил для экспозиции проект заводского корпуса с двумя прозрачными объемами лестниц по краям, ван де Вельде — театра в стиле модерн, Хофман и Мутезиус — павильона в неоклассическом духе. В рамках выставки состоялась конференция, на которой Мутезиус предложил обсудить проблему стандартизации в промышленности, считая этот путь единственно верным как для производства, так и для художника. Но разразилась Первая мировая война...


В 1925 г. «Веркбунд» начал издавал журнал «Die Form» — прообраз современного дизайнерского журнала, а в 1927 г. организовал выставку в Штутгарте, где демонстрировались образцы жилой застройки пригорода. Директором этого проекта был один из крупнейших архитекторов XX в. Людвиг Мис ван дер Роэ. В 1934 г. деятельность «Веркбунда» затухает, чтобы возродиться уже 1947-м.


Модерн конца XIX в. все еще был обращен в прошлое, его мотивы уходили корнями в историю искусства. В то же время он претендовал на универсальность и полную перемену стиля жизни. С потребностью в формально-композиционной точности орнаменты модерна быстро теряли свою привязку к флоральным мотивам, приближаясь к геометрическим формам. Подчеркнутая функциональность становилась средством формально-композиционного упрощения вещи.


Все приемы стилизации до модерна лишь возвращали к эстетике прошлых эпох, порождали ностальгическое чувство ущербности современности. Модерн пытался преодолеть это в своем пафосе оригинального, нового, самостоятельного стиля.


Уже одним своим стремлением уйти от эклектики XIX в. и выработать целостный визуальный язык, найти законы формообразования по аналогии с живой природой, наполнить предметное творчество актуальной философией и восприятием мира модерн, несомненно, был шагом вперед. А поскольку все это совершалось на фоне уже развитой промышленности, то стиль незамедлительно был подхвачен, превратившись в пластический язык как в плоскостно-графических, так и в объемно-пространственных видах дизайна.

Читать далее: 1 2 3



реклама



Тэги: